July 25th, 2013

Что за июль нафиг

Я насчет погоды непривередлива. Не ужасаюсь морозам зимой или дождям осенью. Если в апреле снег еще лежит, ничего страшного. Оттепель на Новый год – тоже не повод для нытья. Но лето без жары – это уже личное оскорбление. Каждый день прохладнее 25 градусов – День Издевательства. Хочу изнывать от жары! Никаких курток и джемперов! Долой холодный ветер! Ненавижу носки! Что, может, мне еще обогреватель включить?

Такой же бред как например

В отношениях между полами я придерживаюсь литературных норм XIX века. Несовременна, негибка и бескомпромиссна. Хотя оговорюсь: вот однополая любовь меня не коробит, и от «Лолиты» не плююсь. Но. Но. Если ты вторгся в 15-сантиметровый слой воздуха вокруг другого человека – это должно быть не просто так. Если ты поцеловал человека – это должно быть не просто так. Если потанцевал с человеком – это должно быть не просто так. Если изменил человеку – это тоже должно быть не просто так.

Поэтому и на тему «оставания друзьями» я могла бы писать долго, да не буду – уже четверо раскрыли ее лучше меня: неизвестный мне «перошкист», Толкиен и Стругацкие.

Давай останемся друзьями
Такой же бред как например
Собака ты мне надоела
Давай ты будешь мне котом

…Черный Властелин тебя вечно мучил бы за попытку присвоить его Кольцо... хотя вряд ли найдется мука страшнее, чем видеть Кольцо у него на пальце и вспоминать, что когда-то им владел ты.

Старик сидел за столом. Муляж. Неподвижный и чуть перекошенный на сторону. Розовый свет от абажура падал на широкое темное лицо, словно вырезанное из старого дерева, ввалившийся безгубый рот, остановившиеся, без блеска, глаза. И сейчас же Нунан почувствовал запах. Он знал, что это игра воображения, запах бывал только первые дни, а потом исчезал напрочь, но Ричард Нунан чувствовал его как бы памятью - душный, тяжелый запах разрытой земли…
- Пировать будем, папаня! - сказал он неподвижному старику. - Это вот Ричард Нунан, наш друг! Дик, а это папаня мой, Шухарт-старший...
Ричард Нунан, собравшись мысленно в непроницаемый комок, раздвинул рот до ушей, потряс в воздухе ладонью и сказал в сторону муляжа:
- Очень рад, мистер Шухарт. Как поживаете?..
…И тут старик, словно кто-то спохватился и дернул за ниточки, одним движением вскинул бокал к открывшемуся рту.
- Ну, ребята, - сказал Рэдрик восхищенным голосом, - теперь у нас пойдет пирушка на славу!