Category: искусство

Ау, уа, му-му

Не, мне легко понять составителей букварей. Не такое уж простое это дело. Во-первых, надо оперировать только несложными, короткими словами, состоящими из самых базовых фонем. Особенно на первых страницах букваря. Во-вторых, при этом надо изобразить что-то оригинальное: гнать бесконечную маму-раму и гордость профессиональная не всем позволяет, и за авторские права небось могут прищучить – «Вот кот и кит» уже было в букваре Петрова, теперь Сидорову надо написать хотя бы «Вот кит и кот».

Однако справляются! И я не буду винить их за то, что в этих жестких рамках ТЗ хочется мало-мальски развлечься.

bukv1

Вова, похоже, несет бремя белого человека.

bukv2

Странная логистика, не?

bukv3
Психоделичненько.

bukv4

А ведь Бегемот так любит ананасы! Впрочем, ему ведь надо этот ананас посолить, поперчить, а потом залихватски тяпнуть вторую стопку спирта: сложновато.

bukv5

Т – толерантность.

bukv6

Трудное детство, или минутка черного юмора.

***
А вот к художнику этого издания у меня, безусловно, есть вопросы.

bukv7

Мёбиус крут

Кто помнит французский мультик «Властелины времени»? Там еще веселый старикан пел самому себе песню про зашибалу, инопланетные лотосы абликотировали, а инопланетные шершни проели мальчику голову. Я в детстве несколько раз смотрела, и мой оторопелый ужас перед обычными земными шершнями – он оттуда. Графика там была небывалая, как нарисованные сны.

Художником того фильма был Мёбиус (Moebius; настоящее имя Jean Giraud, 1938-2012). На каникулах мы съездили на его выставку в Max Ernst Museum – это потрясающе. «Властелины времени» – капля в том море, которое он сотворил. Мощнейший сюрреалист, человечище.

Бывает, смотришь на картину и понимаешь: придумать так мне вполне по силам, разве что не смогу нарисовать, перенести из мозга на бумагу или на планшет. С фантазией порядок, просто не хватает «руки», мастерства. Перед фантазией Мебиуса я пас, сдаюсь. Не могу породить такое. Да если бы только фантазия! Там ведь у него и мастерство, ремесло, такой уровень работы с деталями и цветом, что тоже трудно себе представить, как вообще шел процесс и сколько часов и дней требовал каждый лист.

moebius2

moebius3

Он начинал с классических комиксов-вестернов (сохранились интересные промежуточные этапы - он делал слои без Фотошопа, накладывал на лист с черными контурами кальку с заливками, чтобы проверить выбор цвета). А потом его как прорвало в собственный стиль: по его собственным словам, он стал археологом снов и воспоминаний. Фауна Марса, одушевленные пустыни, птицы-киборги, оседланные инопланетными кочевниками...

В то же время при всей уникальности Мёбиус был очень плотно вписан в контекст 70-80-х, питался им и создавал его. Вот, пожалуйста, чем не Татуин:


moebius4

Или Джеонозис:

moebius9

Отголоски этого стиля доходили и до нас, хотя бы в виде обложек журнала «Химия и Жизнь» (грустные пространства, мелкая точечная штриховка…):

moebius8

Или в прекрасных иллюстрациях Геннадия Калиновского к «Алисе в стране чудес»:

moebius7

А еще от Мёбиуса перекидываются мостики в наше время. Некоторые работы вполне могли быть кадрами из фильмов Миядзаки:

moebius10

moebius11

Или картами для великой игры Dixit (там художники тоже, кстати, французы):

moebius12

Словом, вот еще один человек, о котором стоит узнать.

Мы не специально

Когда художник по костюмам хочет показать, что между героями есть какая-то связь и общность, он одевает их в сходных тонах. А у нас как-то нечаянно вышло, экспромтом.

me-lee

Искусство заголовка

otstran

Прекрасная формулировка. Они пишут, но отстраненно. Что в этом – искренность или поза? Отрешенность от земной суеты или попытка казаться равнодушными, чтобы не быть заподозренными в излишней запальчивости, в опрометчивой горячности?

Придут ли письма от сдержанных фигуристов и замкнутых лыжников? Время покажет.

Ах да

Чуть не забыла рассказать про концерт в Большом.

Первое отделение – совершенно ученическая, старательная «Шопениана». Одну из солисток явственно шатало на пуантах. Побаивались длить арабеск, батман: сделали – и скорее обратно, на две ноги, на надежную землю. На прыжках – громкий стук. Кто танцевал чисто, танцевал ровно, без озарений.

Самое вкусное показали во втором и третьем отделении. Тут уже никто не выпадал из арабеска, наоборот – ставили красивые точки, стояли в позах напоказ. Наблюдать так же приятно, как слушать красивую речь, где не глотают окончания слов и где в паузах четко слышны знаки пунктуации.

Впечатляюще вышла в «Лебедином озере» Татьяна Осипова – готовая царственная Одетта. Очень сильно, очень взросло, очень красиво. Королева лебедей по праву. Вытянутые пропорции, руки-крылья.

Только сейчас обратила внимание, что у хороших балерин есть два типа телосложения. Не сомневаюсь, что для этих типов есть специальные термины или жаргонные прозвища, но для себя я назвала их «длинным» и «компактным». Длинный – довольно высокий рост и долгие-долгие, гибкие руки и ноги, как ветки ивы. Компактный – рост небольшой, все тело такое ладненькое, быстрое, как волчок. Вот Осипова-Одетта – «длинная».

Станислава Постнова – абсолютная темная лошадка. Еще одна балерина «длинного» типа. Она для меня осталась загадкой. Возможно, из-за материала – балет «Призрачный бал» не классический, отчасти contemporary. И движется она в нем красиво, и драматический талант есть, но просто непонятно, в какую сторону он пойдет – то ли станет пронзительным и неотразимым, как, говорят, было с Улановой, то ли вильнет в манерничанье и псевдозначительность.

А теперь запоминаем имя: Денис Захаров. У него было два выхода: в коротком балете «Вариации на тему рококо» и в па-де-де из «Тщетной предосторожности».
В первом номере характер сдержанный и серьезный, во втором – пасторальный душка. Настроение совсем разное – и он справлялся оба раза, был достоверен и там, и там. Техника великолепная (сколько он собрал аплодисментов!). И самое главное – у него есть такая штука, которой не научишь. Он как небесное тело, создающее ощутимую гравитацию. Выходит на сцену – и у зрителя холодок бежит по спине: происходит что-то значительное, что-то важное, смотри-смотри, не пропусти.
Будет звездой, попомните мои слова.


Лучший дуэт – тоже его, с Елизаветой Кокоревой. Были пары, где М превосходит Ж (Пугачев-Шикина), были пары, где наоборот (Осипова-Пестряков). Тут они с партнершей равновелики друг другу. Кокорева – из «компактных» балерин, точная, точеная. Как она искрится и летает! Как (а ведь новичок!) крутит фуэте, не сойдя с места!

Вот они чуть раньше:




И только я успела подумать, что сегодня с Захаровым никто не сравнится, как на сцену в «Пламени Парижа» вылетел Игорь Пугачев. С не менее блестящей техникой и посылом, но совсем другой. Открыт, мощен, простодушен. Вот бы свести их в одном спектакле! Пугачев – в роли кого-то главного и честного, Захарова – кого-то более таинственного и сложного. Спартак и Красс? Возможно, только Красс должен быть не столько брутальным полководцем, сколько тонким политиком. О, придумала - Ахилл и Одиссей! Или Гектор и Парис, что ли... А если «Плоский мир» – Пугачев будет отличным Моркоу, а если «Властелин колец» – не надо никакого Фродо, кроме Захарова.

Вообще «мальчиковый» выпуск. Петр Гусев в болеро из «Дон Кихота» тоже вышел шикарно, как черная молния, просто номер слишком короткий, особо не разглядишь. А каков Армен у Валерия Аргунова - крепкий юноша с широкой костью, перебарывающий натуру и земное притяжение.

Дело кончилось тем, что старшую дочь пробило-таки на балет и она попросила отдать ее в балетную школу. Ну, попробуем.

Тамбовский дворик

Наши окна не горят. В подъезд не зайдешь - домофон, а откуда мне знать код, и мой московский ключ не подходит. А в былые-то времена именно сюда мы приходили вечером с мороза, именно здесь было тепло и елочка.

На стене граффити:
Цветочек мой я без ума от тебя

Идет компания:
- Саш, даже у Стивена, бля, Хокинга лучше получится на коньках кататься, чем у тебя, нахер.

Я подозрительный гражданин: кружу около дома, заглядываю в окна, стою у двери, трогаю деревья и стены. Ну, до свидания. Или прощай, не знаю.

Я – волонтер Пушкинского!

То есть Музея изобразительных искусств имени Пушкина.

В детстве я приезжала сюда с родителями: тьма Египетского зала – Анубис, человеческая голова, мумия кошки; ассирийские быки, фаюмские портреты, импрессионисты. Мы выходили через боковую дверь на Колымажный – вечерело, и почему-то всегда мела метель.
Завораживала  связь всего со всем: Греция – Пушкин – Цветаев – Цветаева-…

Я возвращался,
На Волхонке
Лежали черные ручьи.


Я до сих пор его люблю. Люблю его академизм и традиционность – видно, что привито в детстве, то навсегда – основа, норма: ни один «Гараж» не затмит для меня Пушкинского.

Стараюсь не пропускать там ни одной интересной выставки.

Туда ходит в изостудию моя старшая дочь. Классно, кстати, составлена программа – на каждом занятии они и работают за мольбертами, и ходят на экскурсию по залам.

Могла ли я не откликнуться на объявление о наборе волонтеров? Нет, не могла – не попробовала, стала бы жалеть. Заполнила анкету, сходила на собеседование. Буду теперь работать с текстами (то, что люблю! умею!) – глядишь, допустят меня и до подписей к экспонатам, ужо повыведу я там опечатки!
И пропуск в Музей у меня будет, как у сотрудника.

***********************
Кстати, там сейчас проходит небольшая, но милая выставка «Новая жизнь старых мастеров»: Музей понемногу открывает запасники, и параллельно готовит новое, отдельное здание, куда переедет все искусство второго тысячелетия нашей эры – от рождения живописи до появления импрессионистов.

На выставке - прекрасные испанцы (Сурбаран, Эль Греко, Мурильо), сплошь подражательные немцы и австрийцы.
Позабавило «Наказание Марсия» Иоганна Лисса: экий коренастый Аполлон со вторым подбородком! – не иначе, писан с баварского юноши кровь-с-молоком.

liss

«Пейзаж с дворцовым парком» Шинкеля: вроде штамп на штампе – купы дерев с выписанными листочками, фонтан, закат, облачка. Но схвачено вот это «как грустна вечерняя земля», свет поверх, тени в низинах. Хорошо.

shinkel

А вот лучшее – Мурильо ,«Иосиф с младенцем Христом». Посмотрите на Иосифа – это само отцовство, Отец вообще: у него в жизни появилось чудо, откуда – неизвестно, что с ним делать – непонятно, но можно любить, любоваться мягкой щекой и крохотным ушком, крепко придерживать – потому что чудо еще нетвердо стоит на ножках.
А малыш! Любопытный, доверчивый, такой настоящий ребенок. И пушистое тихое сияние над пушистой головкой – только-только занимается, будто заря, будто это просто игра света и тени.

josef

Дед Мазай и постмодернизм

...заяц промахнулся, а Мазай попал.

Заяц, не промахнись,
Заяц, не промажь, не промажь в Мазая,
Зайц, не промажь, не промажь.

***
...немцы вот тоже — их жалко до слез!
Только весенние воды нахлынут,
И без того они сотнями гинут, —
Нет! еще мало! бегут мужики,
Ловят, и топят, и бьют их баграми.
Где у них совесть?..

Весь этот постмодернизм и цитирование пародий придумала я, и давным-давно - размышляя, как было бы здорово, если бы в одном фильме снялись Электроник и бременские музыканты. "Чужой против хищника", Фиона, повергающая Робин Гуда приемчиками из "Матрицы" - все это было много позже. Первородство за мной!