Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Даррелл продолжается!

Замечательная новость, большая радость: впервые на русском языке выходит книга «Даррелл в России», обстоятельный рассказ о поездке, которую Джеральд Даррелл предпринял в начале восьмидесятых вместе с женой Ли. Новость эта замечательна втройне:


  • Здесь не только перевод английского издания – книга дополнена уникальными архивными фотографиями и воспоминаниями сотрудников заповедников, которые встречались с Дарреллами во время той поездки, общались с ними лицом к лицу в те времена, когда мы ловили отголоски, упоминания о них в «Пионерской правде» или в «Юном натуралисте».

  • Это «официальный» тираж, – с приобретением прав, все честь по чести, – одобренный самой Ли Даррелл, которая и написала предисловие к русскому изданию.

  • Книга должна выйти из печати совсем скоро, в ноябре этого года: 224 страницы, прекрасные цветные фото, формат 17х24 см (хе, рядом с моим путеводителем будет стоять ровненько, как сестра :-), формат одинаковый), цена 1000 руб. В ближайшее время будет открыта подписка на портале Boomstarter, но и сейчас уже можно оформить предварительный заказ на книгу, обратившись по адресу издателя vekpr@mail.ru


Дальше – от издателя, от первого лица:

***

Дорогие друзья! Уважаемые поклонники творчества Дж. Даррелла!
Инициативная группа Первого общественного экологического телевидения реализует проект перевода и издания книги известного и любимого  во всем мире натуралиста и писателя Дж. Даррелла «Даррелл в России».
Английское издание было выпущено в 1986 г. по мотивам двухлетней поездки Даррелла, его супруги Ли Даррелл и съемочной группы канадского телевидения по основным заповедникам СССР.
Эта книга необычна. Она состоит из трех частей. Первая перевод, вторая блок из 68 эксклюзивных фотографий, хранящихся в фондах заповедников и личных фондах сотрудников тех заповедников, которые посетили Дарреллы и их съемочная группа. Многие фотографии публикуются впервые. Третья часть это семь воспоминаний участников встреч с Дарреллом, сотрудников разных заповедников от Таймыра до Астрахани. За каждым мемуарным очерком большая поисковая работа и переписка с прекрасными людьми, безмерно преданными природе и ее обитателям. В книге множество цветных фотографий животных, которых описывает Даррелл. Предисловие к книге написала Ли Даррелл.

Цена книги 1000 рублей (без стоимости доставки). Предлагаем самовывоз (бесплатно) в Москве или доставку с помощью СДЭК с оплатой на месте.

Будем рады получить предзаказ на книгу по адресу vekpr@mail.ru

***
Репост приветствуется, конечно. Заранее благодарю!




Не устояла

Кстати о шопинге. Конечно, я тоже иногда покупаю вещи, которые мне совершенно не нужны. Вот как вчера, например.

Иду в магазин за едой, смотрю – на другой стороне улочки открыт подвал, какая-то картонка стоит на тротуаре, рядом хозяин мается на жаре. Гаражная распродажа у них там, что ли? А покупателей, конечно, нет: улочка и так тихая, а этот конец вообще тупик, Sackgasse, трафик почти нулевой. Да и кому нужны чужие старые вещи, их и в угаре больших ярмарок, под пиво и болтовню, мало кто покупает, а так и подавно.

И мне как-то жалко стало. Люди готовились, старались – и по нулям. Поэтому обратно специально пошла тем же путем, хотя обычно выбираю другую улицу, разнообразия ради. Точно – распродажа, хозяин усталым голосом приглашает взглянуть. А у меня уже заготовлен беспроигрышный вопрос: «Книги у вас есть?» Есть, как не быть. Спускаюсь в подвал, там хозяйка и дочка лет двенадцати, у нее на груди висит какой-то плюшевый зверек – сумочка, что ли, и она его так немножко приподнимает, показывает: может, в ее мечтаниях он должен был смешным голосом приветствовать веселую толпу покупателей, но вышло так, как вышло. «Переезжаете?» Нет, говорят, просто многое уже не нужно, особенно детское. Как в «Истории игрушек», знаем-знаем.

В общем, купила я у них три книжки: две про зверей («Ваша дочка любит животных? Моя тоже!»), одну с рецептами. Добро пожаловать на борт, у нас не обидят.

Причем так забавно: у них две кассы-сундучка, выручку за детские книги дочка спрятала в свою, мама за рецепты – в свою. Вот только жалею, что была не очень подбадривающей, мало поболтала-пошутила. Неловкость какая-то была. Ладно, увижу их в другой раз – хоть поблагодарю за книги.

К вопросу о том, зачем нужны деньги (и иностранные языки): чтобы вести себя  так, как считаешь нужным. Быть равным самому себе, что ли. Вот не будь у меня этих лишних трех евро и пары вежливых фраз, я бы к ним и не зашла.

Как начинался май

Вечером тридцатого апреля я клала на стул у кровати книгу, к которой не прикасалась одиннадцать месяцев в году. Потому что все прекрасное – любимый месяц и любимую книгу, – нужно было собрать воедино, потому что уже тогда я замирала от ритуалов и символов. Тюльпаны, черемуха, сирень, прохладные утра, майская тревога и майская радость – и эта темно-голубая обложка, диковинный шрифт с завитушкой у «ц»: «Летопись первая; немного сокращенный перевод с английского».

Нужно было проснуться пораньше, чтобы успеть на это свидание еще до демонстрации, еще до пикника за Ленинградкой. Замираю – открываю – вдыхаю:
Три кольца – премудрым эльфам, – для добра их гордого…


Ответ на вопрос «Что там дальше, за первой летописью?»,  был недоступен, как Грааль. Тайна делала эту любовь еще крепче, до обретения Грааля оставалось десять лет.

С почином

Утро после дедлайна, как же оно прекрасно. Как хорошо и крепко спалось, как не мучили всю ночь синонимы и варианты. Просыпаешься словно спасенный орлами Фродо: все миновало, мир чист и юн, дедлайн больше не стоит огненным кольцом перед глазами, затмевая весь белый свет. Теперь можно убрать пасхальные украшения, написать план на месяц, заказать кучу нужного на Амазоне и вообще переделать кучу небольших дел, которые все это время укоризненно глядели на меня из углов.

Я знаю кунфу. Как мощны мои лапищи. Давно ли я не знала, как правильно прочесть слово Jahr (недавно). Давно ли я сдавала экзамен B1 (совсем недавно). А вчера отдала в печать перевод художественной книги немецкого автора. 27 глав, 237 страниц. И это хороший перевод, черт возьми, за него не стыдно. Если что, редактор со мной согласен.

Сюжет типовой – принц и нищий, попаданец в волшебной стране. Но по ходу дела там происходят очень интересные повороты, много неожиданного. Персонажи характеризуются не словами («он смелый»), а действиями (остался, когда другие сбежали). И чувство языка, насколько я могу судить, очень даже. У каждого персонажа своя речевая характеристика, при этом эльф Огня скажет «я сгораю от нетерпения», а эльф Воздуха ворвется как ураган. Плюс авторские неологизмы типа superrosenblutenstark или blitzeinschlagobermäßig. Мальчик там еще хороший, что надо мальчик. Если было нужно, чтобы читательницы в него влюблялись, то дело сделано. В общем, респект автору.

Уровень там С, естественно – носитель же писал. Куча слов и фразеологизмов, которых нет ни в каком Мультитране. Как же интересно было в этом разбираться! Еще раз прокачала умение чуять идиомы: вот прям смотришь и видишь – ох не буквальный тут смысл, зуб даю. Проверяешь – и правда.

Кстати, иногда идиомы такие симпатичные, что не хочется их полностью терять в переводе, хочется оставить образ. Скажем, у нас про широкий рот говорят «хоть завязочки пришей», а в немецком – «банан поперек засунуть можно». В том абзаце удалось и банан оставить, и про завязочки написать. Чтобы и показать читателю знакомую картинку из родного культурного кода, и ненавязчиво, не прибегая к сноскам, познакомить его с другим: эту же картинку можно нарисовать еще и вот так. Чтобы его восприятие ехало-ехало по русским рельсам, а тут мы раз! – и перевели стрелку на немецкие, но аккуратно, чтоб на стыке не тряхнуло.

И конечно, я дала волю своей любви к видовому разнообразию слов, и поэтому там, где текст это позволял, понаписала всяких «ступай» вместо «а теперь иди», и «треволнений» вместо «беспокойства».

А еще там говорящие имена, и это отдельный кайф. Как же мне нравится с ними возиться, перебирать варианты, пробовать на слух. Тут, кстати, большое подспорье, что я живу в Германии и знаю, например, что Boskop – это сорт яблок, поэтому если нам встречается яблочная фея frau Boskop, то это не просто так, и быть ей отныне госпожой Мельбой. Цветочная фея Blo станет Фло, потому что это там она порхает где-то рядом с Blume и Blüte, а у нас – сами знаете (плюс еще Саша Бло у Пелевина). Или был там еще смотритель теплиц Botanicus Shokubutsu: Ботаникус-то ладно, но Shokubutsu (растение, рост) мало что скажет русскому читателю. Так что нужно было найти что-то японское, ботаническое, но более понятное. Бонсай, Икебану… все что-то не то… О, пусть он у нас будет Ботаникус Сакуро! Господи, чистое наслаждение, а не работа, да еще и деньги платят.

В особо заковыристых случаях, когда было неясно, кто на ком стоял, я таки загоняла фразу в переводчик. Но не в русский, а в английский, чтобы держать в тонусе оба языка.

Кстати, интересно, еще у кого-нибудь есть впечатление, что средний немецкий текст больше «засорен» частицами и междометиями, чем средний английский? Конечно, многое зависит от конкретного автора, но я, скажем, и в газетах вижу кучу этих schon, so, bloß, nämlich, nun, zwar – куда чаще, чем actually или indeed.

В общем, уже не просто поняла, кем хочу стать, когда вырасту, но и начала работать на зачетку. Можно теперь вознаградить себя вот такой кружечкой.

И да, запомним: буквы «н» и «р» на клавиатуре находятся в опасной близости, поэтому фраза «Когда ты проснешься завтра поутру» требует особого внимания.

P.S. Скажете – «Эй, эй, а Даррелла кто будет переводить?» Спокойно, все под контролем. Все будет, у меня вообще очень интересный план начинает вырисовываться.

So out of season

Читаю, читаю разное… А только мне кажется, что весь этот постмодернизм, бесконечная игра в цитаты, аллюзии, пасхалки – это уже такое отпетое, законченное старперство? Такой «ОК, бумер», что дальше некуда?
Это было шикарно в «Жихаре» Михаила Успенского – когда вышел «Жихарь» Михаила Успенского. С тех пор эти пасхальные яйца порядком протухли.
Знаю, знаю про Шекспира, что он тырил сюжеты, и что вообще этих сюжетов всего двенадцать. Или пять. Или даже два – «туда» и «обратно». Или, как я в детстве говорила, «про войну и про любовь». Но ведь интереснее, когда читатель\зритель отлавливает ассоциации-переклички, во-первых, сам, а во-вторых – задним числом: гляди-ка, а ведь похоже, оказывается! А не так, чтоб сразу ему в лоб – бац! – цитатой из Гайдая! И сразу бац! – Женя и Вова дерутся из-за Оли, а Таня страдает.

Постоянное ерничанье, кстати, тоже туда. Шуткует дедуля, без шутки мимо не проходит, все с подвывертом.

Надо как-то по-новому писать, отплевываясь от цитат. Это я себе говорю. 

Пушкин

Читаю Пушкина, и всякий раз у меня складывается история, фантасмагория.

Вот он едет:
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Еду, еду в чистом поле;
Колокольчик дин-дин-дин…
Страшно, страшно поневоле
Средь неведомых равнин!


Вот он доехал (тем же ритмом, размером):
Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя…
Наша ветхая лачужка
И печальна и темна.
Что же ты, моя старушка,
Приумолкла у окна?


И вот – утро: here comes the sun.

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный –
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры,
Навстречу северной Авроры
Звездою севера явись!
Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,
На мутном небе мгла носилась…


Не то теперь. Буря улеглась, ушли ночные страхи, рассеялись мороки. Я белое утро в лицо узнаю. Неведомые равнины обернулись великолепными коврами, печальная темная лачужка – комнатой, что
…янтарным блеском
Озарена. Веселым треском
Трещит затопленная печь.


В той печи сгорела лягушечья кожа, и – чудо! – вместо печальной старушки явилась красавица с глазами как звезды.

А что оно не в том порядке написано, так ведь и «Звездные войны» не сразу строились :-)

Из рубрики «Возникает вопрос: зачем?»

– Я прочел за год 250 книг.
– А я 348!
– Ха, а я 413!

И возникает тот самый вопрос. Если это не non-fiction по специальности, если это не для работы (лонг-лист какой-нибудь премии, а ты в жюри), если это не «Потешки для самых маленьких» (а у тебя тройня), если это обычное чтение для удовольствия – зачем?

Если бы лично я прочла за год 250 художественных книг, то это навело бы только на одну мысль: а не многовато ли шлака я читаю? Ведь стоящую книгу не получится просто закрыть и тут же приступить к следующей. Если книга хороша, то я ею заражусь, какое-то время она будет мной владеть, и бремя это легко: я буду думать о ней, строить фразы, как тот автор, писать о книге в блоге, рассказывать знакомым, приглядываться – с опаской – к экранизациям, иллюстрациям и фанфику. Словом, 250 хороших книг просто не вместятся в год. Даже 100 не вместятся.

Я даже не хочу просто разом отвергнуть этот подход, я хочу разобраться: вдруг и при таких темпах кто-то может получить от чтения то, что нравится получать мне? Вдруг бывают такие уникальные люди и/или уникальные книги? А если выходит и не такое долгое удовольствие с послевкусием, то какое-то другое удовольствие? Какое? Просто удовольствие от трехзначного числа? Не верю.

Притча

Мне притчи в целом не очень, но вот эту люблю:

***

Князь Му, повелитель Цзинь, сказал Болэ:
– Ты обременён годами. Может ли кто-нибудь из твоей семьи служить мне и выбирать лошадей вместо тебя?
Болэ отвечал:
– Хорошую лошадь можно узнать по её виду и движениям. Но несравненный скакун – тот, что не касается праха и не оставляет следа. Это нечто таинственное и неуловимое, неосязаемое, как утренний туман. Таланты моих сыновей не достигают высшей ступени: они могут отличить хорошую лошадь, посмотрев на нее, но узнать несравненного скакуна они не могут. Однако есть у меня друг, по имени Цзю Фангао, торговец хворостом и овощами, – он не хуже меня знает толк в лошадях. Призови его к себе.
Князь так и сделал. Вскоре он послал Цзю Фангао на поиски коня.
Спустя три месяца тот вернулся и доложил, что лошадь найдена.
– Она теперь в Шаю, – добавил он.
– А какая это лошадь? – спросил князь.
– Гнедая кобыла, – был ответ.
Но когда послали за лошадью, оказалось, что это чёрный, как ворон, жеребец. Князь в неудовольствии вызвал к себе Болэ.
– Друг твой, которому я поручил найти коня, совсем осрамился. Он не в силах отличить жеребца от кобылы! Что он понимает в лошадях, если даже масть назвать не сумел?
Болэ вздохнул с глубоким облегчением:
– Неужели он и вправду достиг этого? – воскликнул он. – Тогда он стоит десяти тысяч таких, как я. Я не осмелюсь сравнить себя с ним, ибо Гао проникает в строение духа. Постигая сущность, он забывает несущественные черты; прозревая внутренние достоинства, он теряет представление о внешнем. Он умеет видеть то, что нужно видеть, и не замечать ненужного. Он смотрит туда, куда следует смотреть, и пренебрегает тем, что смотреть не стоит. Мудрость Гао столь велика, что он мог бы судить и о более важных вещах, чем достоинства лошадей.
И когда привели коня, оказалось, что он поистине не имеет себе равных.


***
Что я читаю здесь? Что волшебная суть находится вне категорий, и глупо ее по категориям искать. «Хороши только вороные кони», «Я слушаю только рок», «Все, что написано после 2000 года – шлак», «Все мальчишки дураки», «Все девчонки дуры» – да ладно? Вороной – гнедой, жеребец – кобыла, верующий – атеист, отцы – дети, стрижено – брито, родной – незнакомый, за – против, свой – чужой, this-ism that-ism: все эти размежевания и объединения годятся для small talk, чтобы скоротать наше время (и без того недлинное, прямо скажем). По большому счету важно только одно: или ты несравненный – или нет.

И мне грезятся музеи без табличек, книги без имен на обложках, честное слепое тестирование: вот белые флаконы, этикеток нету – отведай-ка. Вдруг окажется, что лучшую строчку написал твой враг, что самый красивый закат был в том городе, о котором не услышишь доброго слова, что самый сильный удар чуда и любви нанесет тебе тот, о ком бы ты и в жизни не подумал – вовсе не гнедая кобыла, а вороной жеребец.

Вот, в общем-то, и dixi.