Category: юмор

Category was added automatically. Read all entries about "юмор".

«Запомните этот твит»

В свое время волею судьбы я одной из первых в России узнала слово «хипстер». Его еще не было ни в словарях, ни в журнале «Афиша», ни в анекдотах, а мне уже пришлось разбираться с этим явлением. Для справки – начало весны 2008 года.

Ныне же я хочу зафиксировать, что придумала термин «новое пуританство» в его свежайшем значении.

Может быть, и не самая-самая первая, но точно совершенно независимо, никуда не подглядывая. Как Бойль или Мариотт.

Хочу записать это сейчас, прежде чем эти слова появятся на футболках и в статьях серьезных аналитиков, берущих премии за non-fiction и большие тыщи за лекции.

Веселые картинки

Я не то чтобы фанат, но сочувствующий, поэтому порадовалась от души. Особенно «сыну известнаго поэта». Впрочем, тут все стильно и прекрасно.

starwars-1

starwars-2

starwars-3

starwars-4

starwars-5

Stiff upper lip

Одну из них считают гордой умницей, вторую все чаще называют безропотной дурой. Ну, знаете ли. Получается анекдот про белку и крысу – у кого пиар лучше. Сюжет-то ведь один и тот же. Так что и вопросы крови – самые сложные вопросы в мире! – весьма любопытно рассмотреть: французские королевы шестнадцатого века – дело хорошее, но и крестьянские корни бедной падчерицы тоже не спрячешь :-)

Девушка сидит под елью, дрожит, озноб ее пробирает. Вдруг слышит невдалеке Морозко по елкам потрескивает, с елки на елку поскакивает, пощелкивает. Очутился на той ели, под которой девица сидит, и сверху ее спрашивает:
 Тепло ли тебе, девица?
 Тепло, Морозушко, тепло, батюшка.
Морозко стал ниже спускаться, сильнее потрескивает, пощелкивает:
 Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?
Она чуть дух переводит:
 Тепло, Морозушко, тепло, батюшка.
Морозко еще ниже спустился, пуще затрещал, сильнее защелкал:
 Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная? Тепло ли тебе, лапушка?
Девица окостеневать стала, чуть-чуть языком шевелит:
 Ой, тепло, голубчик Морозушко!

– Верно! Вы совершенно правы! – гулко и страшно прокричал Воланд, – так и надо!
– Так и надо! – как эхо, повторила свита Воланда.
– Мы вас испытывали, – продолжал Воланд, – никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут! Садитесь, гордая женщина!

Тут Морозко сжалился над девицей, окутал ее теплыми шубами, отогрел пуховыми одеялами.

«Все девчонки дуры». Ну и что?

Я не умею обижаться за группу. За себя – еще бы. Помню долго, напоминаю беззастенчиво, прощаю… ну, со скрипом. А за группу – ну вот никак.

Поэтому всякие формулировки типа
«все женщины…»
«все русские…»
«все русские женщины, живущие в Москве…»

меня не задевают нисколько. Я могу возразить по сути - мысленно или даже вслух, но оскорбиться не получается. И меня не удается заманить к обиженным, машущим руками – давай сюда, скорее, к нам, тут наших бьют! «Он такое говорит про наше поколение! Почему ты не реагируешь?! Как ты можешь спокойно!!!»

Могу вот. Для меня эти групповые обиды – глупость, которая отзеркаливает глупость грубых обобщений. Один дурак про всех сказал – другой за всех обиделся. За какое-то абстрактное поколение, за неведомых женщин или русских. Пожимаю плечами, вспоминаю анекдот:
- Вы знаете, когда вас нет, они про вас такое говорят…
- Передайте им, что когда меня нет, они могут меня даже бить.

Взрослею? Старею?

Больше не смешно, когда бессмысленно и бесталанно мнут и коверкают язык. Уже ничье обаяние не спасает тысячу раз пережеванную «игру слов». Ну, все эти
ашипки и очепятки
чем дальше в лес, тем толще партизаны
чукча не читатель
Че бурашка
магазины «МолотОК», «КолобОК», «ПогребОК»


Верный признак, что человек говорит и пишет, не особо задействуя мозг.

Полное ощущение, что я это переросла. Как услышу – сразу думается: школьная стенгазета, КВН тридцать третьей лиги.